Дело «непьяного мальчик»: моральный вред Алисова не признал, судья сказал отвода

фoтo: Миxaил Кoвaлeв

Для тoгo, чтoбы пoзвoнить в суд-зaкoн Aлисoвoй xoдaтaйствoвaлa aдвoкaт пoдсудимoй. Дoлгo искaть рoдствeнницу Oльги нe былo, — Гaлинe Ивaнoвнe пo сoбствeннoй вoлe идет почти на каждом заседании, чтобы поддержать невестку.

— Мы с Олей жили в квартире 8 лет. Она замечательный человек. Мне сделали три операции на ноги, и только Оле я благодарен, что я теперь на своих двоих. Она вращается между больницей, работой и домом, поставил меня на ноги, — чуть не плакала женщина в зале суда.

Опыт Ольги из-за дорожно-транспортного свекровь описывает так:

«Мы ее корвалол бутылки таскали, Иван не пил, не ел все эти дни…»

— Как ваша невестка реагирует на известие о том, что в крови мальчика обнаружили алкоголь? — поинтересовалась адвокат подсудимой Наталья Куракина

— Она сразу сказала: «Я в это не верю».

Адвоката Алисовой и попросил приобщить к делу документы, характеризующие его подзащитную. Среди других диплом, свидетельствующий о том, что Ольга учится на слесаря по ремонту промышленного оборудования. В конце учебы был назначен на 3 разряд. В пакет с документами и диплом участника легкоатлетического марафона — как оказалось, в подростковом возрасте подсудимая отстаивала честь родного города на соревнованиях.

Все эти похвальные грамоты окончательно вывели из себя отца погибшего мальчика Романа Шимко. Судья он меня спрашивает:

— Скажи, а то если я насмерть сбил ребенка, мне грамоты от министра обороны, губернатора, другие призы тоже будут мне помог скостить срок?

Примечание судьи, обратился в шутку, сказав, что некоторые из подсудимых были приобщают даже данные об участии своих предков в Пугачевском восстании.

Столько вопросов-закон Ольге Алисовой, указанному в материальном состоянии их семей. Связано это с тем, что на следующем этапе судья должен был рассмотреть гражданский иск на 10 миллионов (компенсация морального вреда) и 61 тысяча платеж (захоронение) из Романа Шимко.

— Не знаю, какие деньги Оля будет выплачивать эти суммы, — запричитала женщина. — Он был единственным кормильцем нашей семьи. Из имущества-единственная дорогая вещь — этот тот же «Хендай Солярис», не так ли, и он был взят в кредит. Родители Оли, тоже бедные люди: моя мама работает медсестрой, отец, чтобы временная работа в Москве.

— А может затем, чтобы объяснить, какими средствами услуги вы оплачиваете так дорого адвоката? И откуда взялись деньги в бизнес-опыт? — снова вспылил Роман.

Но все эти вопросы последовательно снял судья, как не относящиеся к делу.

Когда стороны, выразить свое отношение к гражданское дело дойдет до Ольги Алисовой, он пояснил, что материальные требования признает в полном объеме, а вот моральные — нет. Даже и частично!

— То есть вам кажется, что в результате действий потерпевшей не были причинены моральные страдания? — сказал судья.

— Я считаю, что это был несчастный случай, — ответил Алисова.

Тогда судья попросил Романа рассказать о моральном состоянии их семье после потери ребенка. «Извините, я понимаю, что вопрос сложный, но спросить его, требуют процедурных норм».

Я понял: после трагедии муж Роман лечилась в клинике неврозов, до сих пор он наблюдается у психологов. А сам мужчина начал заикаться.

— Я получил его в нескольких военных госпиталях, на руках, пока мед карта только одна. Из остальных берет в самое ближайшее время. Трудно передать, что мы сейчас наблюдаем. Наша жизнь с уходом сына сломал.

Выслушав все стороны, судья был готов перейти к прениям. Но агент Романа Валерия Зубова возникло заявление — он решил наложить отвода председательствующего. Надо сказать, что это заявление не было неожиданным для того решением стороны потерпевших заявил еще на прошлом заседании. Причин для удаления Зубов нашла много.

Но больше всего жертв возмутило, что судья отклонил все их заявленные ходатайства. Напомним, на последнем заседании они потребовали возвращения дела прокурору для позже, смешанного с еще один вопрос по статье «халатность», вызова для допроса эксперта Клейменова, приобщения к делу несколько независимых экспертных заключений.

Надо сказать, что судьи Шекун уволить не только процедурные требования пострадавших стороны. Например, во время сегодняшнего заседания адвокат Ольги Алисовой говорит, по крайней мере пять приложений. Она просила суд провести повторный следственный эксперимент, назначить повторную автотехническую экспертизу, требовать от оператора записи телефонных разговоров между Алисовой и ее парнем, чтобы вызвать на допрос представителя администрации Балашихи И все ходатайства Куракина также получает отказ.

Так что, когда адвокат обвиняемой услышал заявление об отводе судьи, она его с радостью поддержал. Может быть, в этот процесс, это был единственный момент, когда обе стороны находятся в согласии.

Решить вопрос о своем отводе судья пошел в консультации комнате. Через 20 минут он прочитал ответ — «в заявлении отказать».

8 ноября стороны должны перейти к прениям.

Читайте в материале: «Вы сами знаете?»: На самом деле «непьяного мальчик» появился на телефонный звонок

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.